Материк

Информационно-аналитический портал постсоветского пространства

Поиск
Авторизация
  • Логин
  • Пароль
Календарь
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
123
45678910
11121314151617
18192021222324
252627282930
Визит Константина Затулина в Арцах

Визит Константина Затулина в Арцах  далее »
15.11.2019
15:31:54
СПЧ хочет создать совет по защите россиян за рубежом далее »
13:56:01
Президент Литвы помиловал осуждённых за шпионаж граждан России далее »
13:39:52
Додон: У правительства Кику будет полный мандат далее »
12:47:47
Россия отреагировала на принятие в ООН украинской резолюции по Крыму далее »
12:42:16
Путин рассказал о рисках для транзита газа через Украину далее »
14.11.2019
14:14:48
Белоруссия намерена изменить договор с Россией по охране границы далее »
13:59:37
Глава МИД: Украина может выйти из Минских соглашений далее »
12:35:27
В Киеве рассчитывают на мир в Донбассе после "нормандского" саммита далее »
12:01:26
Минск сообщил об отказе от российской авиабазы в пользу Су-30СМ далее »
11:51:17
«Нафтогаз» не готов к «нулевому» варианту по судам с «Газпромом» далее »

Про Белоруссию, про БРИКС, и про Францию. Умные парни от 14.11.2019 далее »

Выступление Кирилла Фролова на Несторовских чтениях в Луганске далее »

Брифинг об участии российской делегации в международной конференции "Несторовские чтения" в Луганске далее »

Назарбаев предложил организовать встречу Путина и Зеленского в Казахстане далее »

Украинский Маскарад. И переворот в Боливии. 60 минут. Эфир от 12.11.2019 далее »

Эксперт: если бы Моралес остался у власти, это привело бы к большому кровопролитию далее »

В жерновах режима. Точка зрения от 12.11.2019 далее »

Рубрика / Общество

Евфимий Карский: судьба человека с неблагополучной «политической физиономией»


12.02.2011 13:26:06
rusedin.ru

Жизнь и научное творчество академика Е.Ф. Карского (1860-1931), отношение к его научному наследию является примером того, как в течение XX в. изменилось отношение к проекту большой русской нации, формировавшейся в пределах Российской империи.

Уроженец Гродненской губернии, белорус Е.Ф. Карский является славистом, палеографом, этнографом-фольклористом и лингвистом, основателем такой отрасли науки, как белорусское языкознание. Популярный дореволюционный энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона утверждал, что для «желающего познакомиться с белорусским наречием работы Карского – лучшее пособие», а сами его работы «представляют заметное явление в науке». Книга Карского «Обзор звуков и форм белорусской речи» стала первой крупной научной работой в области белорусского языка. Знаком признания научных заслуг стало избрание его в академики Петербургской (1916 г.) и Российской академий наук (1917 г.). Его труд «Белорусы» считается энциклопедией белорусской народной жизни и является научной классикой.

Казалось бы, для независимой Республики Беларусь с точки зрения идеологии официального национализма личность Карского как отца-основателя белорусского языкознания просто обязана войти в пантеон национальных героев. Однако этого не произошло. Нельзя, конечно, сказать, что в Белоруссии никто не упоминает об этом талантливом ученом. Его фамилия есть в тексте школьных учебников, в энциклопедиях, его именем названа областная библиотека и улица в Гродно. Совсем недавно был переиздан основной труд жизни ученого – «Белорусы». Но при этом на первый план в культурной жизни страны Евфимий Фёдорович, в отличие от белорусскоязычных поэтов Я. Купалы или Я. Коласа, никогда не выдвигался. Можно сказать, что Карский вспоминается на «краеведческом», локальном уровне. Даже в том случае, когда имя ученого упоминается на страницах изданий, его взгляды, научные идеи зачастую передаются искаженно либо неполно.

Как представляется, такое табуированное отношение к личности Карского сложилось еще в советский период во времена БССР. Дело в том, что до революции 1917 г. Евфимий Фёдорович принадлежал к той части белорусской интеллигенции, которая не только не помышляла о сепаратистских проектах по созданию независимой Беларуси, но и в плане своего национального самосознания относила себя к русским. Этот интеллигентский слой был частью русского образованного общества, что не мешало осознавать и ценить свои локальные, белорусские этнокультурные особенности. Этническая идентичность уроженцев белорусских губерний не приводила к конфликту с национальной идентичностью «большой русской нации», состоящей из трех ветвей русского народа: великорусов, малоросов и белорусов. Однако такое видение национальной идентичности противоречило всей советской национальной политике, направленной на формирование в границах УССР и БССР восточнославянских наций украинцев и белорусов.

Вместе с тем для негативного отношения к Карскому в советский период существовали еще и политические основания. Можно предположить, что белорусский ученый придерживался правых, консервативных взглядов. Об этом косвенно свидетельствует тот факт, что он был назначен ректором Варшавского университета в 1905 г. Именно в этот период по всей стране прокатилась волна студенческих волнений, а в польских губерниях Привислянского края террор против чинов русской гражданской администрации и армии был обыденным явлением. Очевидно, только надежный в политическом отношении человек мог стать ректором университета в таких чрезвычайных условиях.

После октябрьских событий 1917 г. положение Карского становится шатким, поскольку для советской власти «старорежимный» академик был политически «чуждым» элементом. В 1919 г. его по политическим мотивам лишают права преподавать в Минском педагогическом институте. Однако просто так вычеркнуть из научной жизни слависта с европейской известностью было непросто, поэтому до поры до времени партии приходилось терпеть его существование.

Коренной белорус Евфимий Карский оставался чужим в БССР и для деятелей белорусского национального движения, поскольку его взгляды на белорусский этногенез и языковой вопрос не устраивали белорусских националистов. В своих работах академик утверждал, что белорусский является наречием (диалектом) русского «народного языка», состоящего «из многих наречий, из которых одни очень близки к друг другу, а другие значительно разнятся». В белорусской речи наблюдаются все свойства, которые присущи остальным диалектам русского языка. До революции ученый категорично утверждал, что русский литературный язык в той или иной степени противостоит всем великорусским, белорусским и украинским диалектам русского языка. Несмотря на то, что подобные утверждения в 20-х гг. расценивались как «великорусский шовинизм», Карский демонстративно не отказался от своих научных взглядов, хотя был вынужден иногда вносить политкорректные оговорки. В частности, он сохранял понятие «наречие» в отношении белорусского языка, делая оговорку, что точно так же этот термин можно отнести к «великорусскому» языку, причем «оба эти наречия – потомки одного … прарусского языка».

Карский достаточно сдержано и критически воспринял политику «белоруссизации» в БССР, которая проводилась большевиками и была направлена против проекта большой русской нации. Отзывы ученого в адрес деятелей белорусского национализма превращали его «во врага белорусского возрождения». Тем более что исключительно эрудированный ученый не терпел полузнаек и дилетантов. Так, например, забавный щелчок получил от него один из идеологов белорусского движения академик В. Ластовский, который, по словам Карского, «старался обнаружить свою богатую осведомленность как в языке разных старинных памятников, так и в народной речи». Однако его выступление показало, «как много еще» следует сделать ему «по части знакомства с основными законами белорусской речи и истории русского языка вообще». Такой вывод сделан не случайно, поскольку Ластовский, получивший в 1928 г. звание академика АН БССР, не имел даже среднего образования. Другому новоиспеченному «академику» и участнику провозглашения БНР в 1918 г. Я. Лёсику, стремившемуся изменить начертание букв алфавита и белорусское правописание, Карский посоветовал обратиться к образцам «старой белорусской письменности». В этом случае выяснилось бы, что «по орфографии, по употреблению тех или других букв» белорусская средневековая письменность «ничем не отличалась от общерусского письма». Показательно, что Лёсик не получил высшего образования, не говоря уже о специальной филологической подготовке.

В этой связи стоит ли удивляться, что Евфимий Фёдорович в 20-е гг. XX в. не сумел найти себе места в научных учреждениях БССР. В 1926-1927 гг. он подвергся травле в прессе за «черносотенные» взгляды, ЦК КПБ(б) потребовал исключить знаменитого слависта из состава Академии наук СССР.

То, что академик Е.Ф. Карский пришелся не по вкусу советской власти, объясняется её в целом негативным отношением к «несоветской» интеллигенции, которая в период гражданской войны составила основной кадр противников большевистского режима. Однако дело заключалось не только в политическом недоверии к бывшему «правому» ректору, но и в неприятии большевиками политического курса на консолидацию русской нации на основе восточнославянского населения бывшей империи. Так, в прессе Карский обвинялся в том, что назвал Львов «старым русским городом». Очевидно, что это противоречило политике украинизации в УССР и не отвечало национальной политике в БССР.

В этой связи отнюдь неслучайным является то, что научные идеи Е.Ф. Карского оказались невостребованными для легитимации независимости Республики Беларусь. В период 1991-1994 гг., когда была предпринята попытка радикальной белоруссизации, а белорусский язык стал единственным государственным языком, научные взгляды Карского явно противоречили официальной языковой и культурной политике. Но и пересмотр языковой политики в 1995-1996 гг. не сделал идеи Карского востребованными. С одной стороны, сказывалось сложившееся в советское время цензурированное отношение к творчеству слависта. С другой стороны, позиция ученого противоречит курсу белорусского нациостроительства, поскольку утверждения о белорусах как народности в составе русского народа не укладываются в концепцию белорусов как отдельной славянской нации.

Интересно, что научные идеи Карского дают возможность выработать модель языкового сосуществования, которая бы позволяла найти оптимальное сочетание между разными уровнями культурной и этнической идентичности в Белоруссии. То, что Карский считал белорусский язык диалектом, совершенно не означает нигилистического отношения к белорусской речи. Если не пытаться противопоставлять белорусский русскому и уж тем более не стремиться целенаправленно к вытеснению русского языка из образования, культуры и государственной жизни как «чужого» в границах соответствующей языковой политики, то оба языка вполне могут сосуществовать в белорусском обществе.

Литературная обработка белорусских говоров, предпринятая в первой половине XX в., еще не означает вытеснения русского языка на периферию культурной и государственной жизни. Просто русский язык выступает как язык высокой культуры всех восточных славян, а точнее, большой русской нации, формировавшейся в пределах Российской империи и насильно расколотой после 1917 г. национальной политикой большевиков. А белорусский вполне может играть роль регионального языка, позволяющего сохранить местные этнокультурные особенности. По крайней мере, было бы крайне опрометчиво отрицать существование художественного творчества на белорусском от роковой и бардовской песни до поэзии, исторических и филологических исследований. Такая модель сосуществования, на наш взгляд, не противоречила бы сути научных взглядов талантливого белорусского ученого и позволила бы сохранить единство белорусского общества, предупредить конфликты на языковой почве.

Такое предложение не является каким-то надуманным проектом. Так, в Германии в федеральной земле Бавария государственным языком является немецкий, но ее жителями широко используется в повседневном быту, на телевидении и в средствах массовой информации баварский диалект, который, кстати, настолько сложный, что немец с севера страны зачастую не может вообще понять то, о чем говорит баварец. Приведенный пример показывает, что аналогичную модель можно было осуществить в России в XX веке при иных исторических обстоятельствах. В этом отношении идеи белорусского лингвиста Е.Ф. Карского вполне могли бы стать научным обоснованием национальной политики. В современных же условиях актуализация его творчества позволила бы не допустить отчуждения белорусской интеллигенции от русской культуры и языка.

Александр Аврукевич

Обращаем ваше внимание на то, что организации: ИГИЛ (ИГ, ДАИШ), ОУН, УПА, УНА-УНСО, Правый сектор, Тризуб им. Степана Бандеры, Братство, Misanthropic Division (MD), Таблиги Джамаат, Меджлис крымскотатарского народа, Свидетели Иеговы признаны экстремистскими и запрещены на территории Российской Федерации.

Вы сможете оставить сообщение, если авторизуетесь.

Материалы партнеров

Рейтинг@Mail.ru Rambler's Top100 Яндекс цитирования

Copyright ©1996-2019 Институт стран СНГ.